Прошло 40 лет со дня аварии на Чернобыльской АЭС. Время многое расставило по местам, но не стерло главное – память людей, для которых те события стали частью жизни. Среди них – сотрудник Минской центральной таможни Игорь Евгеньевич Белозеров.
Весной 1986 года Игорь Белозеров проходил срочную службу в отдельном батальоне связи под Бобруйском. Он не собирался становиться военным: после Минского политехнического техникума, где изучал кинотехническое оборудование, мечтал о мирной профессии, связанной с кино. Служба шла своим чередом, пока не произошла авария на Чернобыльской АЭС.
О ней они уже слышали, но, как вспоминает Игорь Евгеньевич, никто тогда не понимал масштаба произошедшего. Всё изменилось 5 мая, когда часть подняли по тревоге в три часа утра. Вскоре их передислоцировали в поселок Пирки Брагинского района – в зону, откуда уже ушли люди.
«Первое впечатление – пустота, – вспоминает Игорь Евгеньевич. – Большой, обжитый поселок стоял без единого человека. Оставались только животные: по улицам бродили коровы, лошади, куры, собаки. Эта тишина, лишенная привычной жизни, запомнилась особенно остро».
В Пирках был развернут узел связи, куда стекалась информация о ходе ликвидации последствий аварии. Служба была организована четко: 12 часов дежурства, 12 – отдыха. Солдат обеспечивали средствами защиты, регулярно проводились медосмотры, продукты доставлялись в герметичной упаковке. Рядом работали подразделения химической защиты, шла дезактивация территорий.
Но даже при всех мерах становилось очевидно: полностью контролировать ситуацию невозможно. Обработанные дороги и здания уже через короткое время вновь показывали высокий уровень радиации. О реальной опасности тогда задумывались мало – не хватало понимания, да и возраст не располагал к долгим размышлениям. Им было чуть больше двадцати.
«Иногда в Пирки возвращались местные жители – чаще пожилые, – продолжает вспоминать Игорь Евгеньевич. – Их увозили, но они приходили снова, беспокоясь о своих домах и хозяйстве. Это упрямое возвращение к привычной жизни запомнилось не меньше, чем сама пустота первых дней».
Сегодня, оглядываясь назад, Игорь Евгеньевич говорит просто: тогда никто не осознавал, какими будут последствия. Не было ощущения масштаба трагедии, не было страха в привычном понимании – была работа, которую нужно было выполнить.
После службы его жизнь сложилась уже в мирном русле. Почти 32 года он работает в Минской центральной таможне. Здесь его знают как человека, на которого можно положиться – без лишних слов и показной строгости. Этот внутренний стержень, сформированный в том числе и тогда, в 1986-м, ощущается и сегодня.
Чернобыль остался в его жизни не как громкая история, а как опыт, который нельзя забыть. О нем напоминают удостоверение ликвидатора и ежегодные медицинские обследования. Но главное – память.
«Главное – чтобы люди сделали выводы. Чтобы такое больше никогда не повторилось», – говорит Игорь Евгеньевич. И, пожалуй, в этих словах – самое точное объяснение того, зачем спустя десятилетия продолжают рассказывать такие истории.
По материалам Минской центральной таможни
