Посещать дома, в которых живут неблагополучные семьи, всегда тяжело. Больно видеть, в каких условиях содержатся ребятишки. Неприятно слышать, как мамаши-папаши пытаются оправдать свое нечеловеческое отношение к собственным детям тем, что «жизнь такая тяжелая», а они «такие несчастные».

Между тем государство встает на защиту своих маленьких граждан, но дает при этом родителям второй шанс. Используют ли они его?

Недородители

Деревня, припорошенная первым снегом улица, крепкая многоэтажка. Входим в квартиру за добротной металлической дверью — ее установило для своего работника местное предприятие. Как, впрочем, и оно же сделало в квартире ремонт, и предоставило мужчине рабочее место с хорошей зарплатой. Все для того, чтобы он смог вернуть себе отобранных государством дочку и сына.

И деток отцу в начале года вернули. Но сейчас здесь опять не слышно их смеха — государство снова было вынуждено взять малышей под свою опеку!

Под ногами — липкий от грязи пол. Немытая, под слоем почерневшего жира, посуда в раковине, которую давно никто не чистил. Кучи одежды вперемешку с тряпьем — повсюду. Пакеты со зловонным мусором мирно соседствуют со сломанными, покрытыми пылью предметами быта…

— У матери детей было пятеро, один умер, один проживает со своим родным отцом, — рассказывает заведующая детским садом, которая нас сопровождает. — С ней оставался только сын-подросток, когда она снова вышла замуж. Во втором браке родила еще двух детей.

У старшего мальчика сахарный диабет. Состояние было очень тяжелое, впадал в кому прямо на улице. А откуда у парнишки может взяться здоровье? Какая диета, да вообще какое «качественное питание» для ребенка, если весь мир родителей вращается вокруг бутылки с «бырлом»? Бутылок от него — вон, целые мешки из-под картошки…

В колокола начала бить школа. Детей отобрали. Полтора года назад мать лишили родительских прав.

Тогда в отце что-то «щелкнуло». На работу устроился, с горе-супругой расстался. Когда разрешили детей вернуть, даже радовался. Присматривать за ними помогали бабушка и родная тетя.

Да только продержался мужчина всего два месяца. Ушел в отпуск, получил деньги — и тут же «нарисовалась» бывшая. Говорите, любовь зла? Наверное. Отношения завертелись снова. А вместе с ними и бесконечные попойки со всеми вытекающими…

Заведующая детским садом, куда ходили малыши, написала ходатайство в СПЦ, и в августе по решению комиссии по делам несовершеннолетних детей из семьи снова отобрали.

Мамаша с папашей — лица обязанные, им надлежит выплачивать государству деньги на содержание детей. Но денег нет — недородители по-прежнему не работают. Теперь стоит вопрос о лишении родительских прав и отца. За все время, что его дети находились в приюте, он ни разу к ним не съездил и даже не позвонил, чтобы поинтересоваться, как они, может, им что-то надо. А, впрочем, зачем? Им же там, в приюте, и так хорошо. Государство же своих в беде не бросает…

Сейчас младшенькие определены в приемную семью. Новые родители окружили их заботой, учат элементарным вещам, отогревают их израненные души. Так, день за днем, четырехлетний братик с трехлетней сестричкой учатся жить в нормальных условиях…

Шанс есть. Но есть ли совесть?

— Чаще всего дети попадают в социальные учреждения из-за того, что родители ненадлежащим образом выполняют свои обязанности: злоупотребляют алкоголем, не имеют постоянного места жительства, не работают и, соответственно, не имеют дохода. Вот вам и голод, холод, нищета, недосмотр детей, правонарушения и преступления, совершаемые взрослыми членами семьи и детьми, — говорит заведующий детским социальным приютом ГУО «Социально-педагогический центр Борисовского района» Наталья Уланова.

В приюте ребенок может находиться до 6 месяцев. Когда он попадает сюда, наступает период его адаптации. С ним работает прежде всего педагог-психолог, и после его диагностики составляется реабилитационная программа, учитывающая индивидуальные особенности и потребности ребенка. На ее основании затем и строится работа с воспитанниками и их родителями.

— В программе учитывается физическое состояние здоровья — в большинстве случаев дети имеют хронические заболевания, нуждаются в лечении, в коррекции зрения и т.д., а также особенности и уровень интеллектуального развития, — продолжает Наталья Васильевна. — Факт: многие из таких детей не привыкли учиться: контроля и помощи со стороны родителей не было, и поэтому ребенку сложно организоваться, заставить себя сесть за выполнение домашних заданий. Здесь огромную помощь в коррекции поведения детей играют учителя и классные руководители СШ №12, с которыми мы тесно сотрудничаем.

Еще одна задача, заложенная в реабилитационную программу, — помочь родителям стать на путь исправления. Им помогают избавиться от алкогольной зависимости, найти работу, привести в нормальный вид жилище. И, конечно, если эти взрослые люди изъявляют желание и сами прикладывают усилия, то положительный результат есть — дети возвращаются в свою биологическую семью.

За 11 месяцев 2021 г. в в детском социальном приюте ГУО «Социально-педагогический центр Борисовского района» прошли реабилитацию 70 несовершеннолетних детей, выбыло 60 детей:

— возвращено в родную (биологическую) семью — 20
— поступил в БГК — 1
— определены:
* в приемные семьи — 17
* в опекунскую семью — 3
* в детский дом семейного типа — 15
* в детскую деревню — 4

Борисовчане о проблеме безответственного родительства

Марианна Ржеусская, косметик-эстетист, тренер авторских курсов, мама двух дочерей:

— Если дети на самом деле в тяжелом положении, то, конечно да, надо изымать из семьи! Но давать при этом горе-родителям шанс, шанс на исправление, шанс на лечение от зависимостей. В любом случае с родной мамой и папой ребенку лучше, чем в самом хорошем приюте, это зов крови, это на подсознательном уровне. Но, к сожалению, бывают родители чисто биологические, которые не хотят растить здорового ребенка — его судьба им безразлична. И в таких семьях дети вырастают часто злыми и идут по стопам своих недородителей, Тогда уж лучше детдом или дом семейного типа, приемная семья. А когда ребёнок вырастет, он сам решит, надо ли искать своих биологических родителей и общаться с ними.

Светлана ЧЕКАЛОВА,
фото Юрия АБРОСЬКИНА и из личного архива М. РЖЕУССКОЙ

Like
Like Love Haha Wow Sad Angry