День полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады отмечается  27 января. Именно сегодня председатель районного Совета ветеранов Зоя Маханек и руководитель клуба «Ветеран», член президиума райсовета ветеранов Валентина Белова  посетили на дому бывших блокадников, которые живут в нашем районе,  привезли им продуктовые наборы, поздравили со столь значимой датой.

— Блокада Ленинграда навсегда останется в  людской памяти  одним из самых трагических  событий Великой Отечественной войны, — сказала Зоя Прокофьевна. —  Проявляя беспримерное мужество, жители и защитники осажденного города выстояли в это непростое время, и победили. Мы помним о тех героических и трудных днях, они останутся навечно в памяти потомков…

Как сообщили  в районном Совете ветеранов, в городе проживают 7 детей блокадного Ленинграда.

— К сожалению, время не щадит никого, и чудеснейшие люди уходят из нашей жизни, — рассказала Валентина Станиславовна. — Если ранее у нас проживало около 20 блокадников, то теперь  осталось  меньше половины… Немногим ранее мы с ними  каждый год в этот день собирались в клубе, зажигали свечи, пели гимн блокадников, плакали, вспоминали, рассказывали… Организовывали встречи и чаще — пообщаться, поделиться новостями.

В силу возраста блокадников и эпидемической ситуации, встречаться часто не удается, но эту категорию людей не забывают. «Девочки» из совета ветеранов находят время, чтобы каждому позвонить, с каждым пообщаться, а то и проведать.

 —  Когда началась блокада Ленинграда, мне было пять лет, совсем ребенок, — говорит  Светлана Поплавская.  — Блокаду помню плохо, в памяти осталась только наша эвакуация в Омск, а потом, после Победы, обратно. Ехали целый месяц…

Еще одна борисовчанка, Нина Антонова,  родилась в блокадном Ленинграде. Рассказывает, что у нее был старший брат — он не выжил.

— Жалею, что мало расспрашивала у мамы о том времени, — говорит  она. — В Ленинграде осталась моя подруга,  тоже Нина. И мы с ней обязательно в этот день созваниваемся… Тем более, сегодня наш день ангела…

А вот Ассе Мурашко  во время блокады исполнилось 6 лет.  Она признается,  военное время помнит лучше и ярче, чем какой-либо другой период детства…

— Это было страшное время, — вспоминает Асса Алексеевна. —  Я многое не забуду никогда. Помню, на постой нам дали женщину, она в госпитале работала поваром, и звала маму помогать чистить котлы.  Нагар от еды мама счищала и приносила домой… Чего мы только не ели тогда, чтобы выжить: и клей, и другие неудобоваримые вещи… Помню, как не было воды, и я с зеленым  кувшином ходила на водоем  за ней.  А потом  по замерзшей лестнице поднималась с сосудом на третий этаж, оступилась и расплескала —  и плакала, потому что мама должна была прийти, а воды нет, а я должна была быть дома к ее возвращению. Помню, как при бомбежке снесло целый этаж многоквартирного дома,  как в окнах не было стекол, проемы закрывали  подушками, матрасами, одеялами…

А еще борисовчанка убеждена, не смотря на то, что воспитана она была в духе атеизма, Бог все же несколько раз сохранил жизнь и ей, и ее маме. Ведь иначе, чем божественным провидением,  эти удивительные истории не назовешь!

 — Я ходила в десткий сад, — продолжает Асса  Алексеевна. —   Маме сказали, что нас будут эвакуиваровать без взрослых. Она собрала  мои  вещи, мы пришли в садик, а там машина грузовая. Вещи не стали ставить в чемоданах, а высыпали прямо в кузов и трамбовали. Затем подогнали автобус и стали сажать детей. Мама посмотрела на все это, а потом сказала: «Пойдем домой». И я осталась с ней. А в последствии мы узнали, что тот автобус попал под бомбежку…   Вспоминаю и такой случай: когда объявлялась воздушная тревога, всех звали в бомбоубежище. Мы с мамой никогда не ходили туда. Ложились в кровать, мама укрывала нас одеялом и говорила: «Если и помрем, то дома». И вот однажды в наш дом попал снаряд, прошел по косой, и обрушил его так, что люди, которые были в бомбоубежище, оказались оказались в ловушке, плавали в канализации и просили о помощи…

Когда нас с мамой эвакуировали, на Ладожском озере наш катер оказался единственным, который не обстреляли или который не наскочил на мину… Мы тогда добрались до самой Волги. С нами ехала соседка со страшим сыном. У нее была очень большая трагедия в жизни: на ее глазах немцы разорвали ее ребенка. Она была женщиной неглупой, и когда местные жители стали угощать нас, блокадников, она запретила нам есть. Местные ведь угощали чем? Чаще всего фруктами, а  желудки блокадников просто не могли переварить такую еду… многие погибли от несварения. Соседка сказала, что нам нужно есть жидкую баланду, чтобы желудок начал работать. И пока мы стояли в очереди за этой баландой, опоздали на поезд. Это спасло нам жизнь еще раз: эшелон, на котором мы должны были ехать, попал под бомбежку…

 — В нашем районе остается все меньше и меньше свидетелей той страшной войны, — подытожила Зоя Прокофьевна.  —  Благодарность потомков за подвиг ветеранов не имеет границ, но особые слова  признательности, сочувствия хочется сказать именно в этот день…

Ольга ЦЫБУЛЬКО, фото автора

image_pdfimage_print
Like
Like Love Haha Wow Sad Angry